ErSV_1964_SnowOwl_flk

Вернуться к списку текстов

Былыр кааһыҥ, куһуҥ, чиичаагыҥ, лэҥкэйиҥ — бары көтөр бу һиргэ һирдээк этэ.
Bɨlɨr kaːhɨŋ, kuhuŋ, čiːčaːgɨŋ, leŋkejiŋ — barɨ kötör bu hirge hirdeːk ete.
В старину гуси, утки, птички, полярная сова — все птицы на этой земле обитали.
 
Бу һириҥ ол кэмҥэ ичигэс үһү.
Bu hiriŋ ol kemŋe ičiges ühü.
Эта земля в ту пору теплой была, говорят.
 
Онтон тымныылар буоллулар, дьыл-күн уларыйда.
Onton tɨmnɨːlar bu͡ollular, dʼɨl-kün ularɨjda.
Потом холода наступили, времена переменились.
 
Мунуга көтөрүҥ барыта һүбэлэһэр.
Munuga kötörüŋ barɨta hübeleher.
Стали пернатые совет держать.
 
Барыларыгар биир һүбэһит баар.
Barɨlarɨgar biːr hübehit baːr.
У всех у них был один старший.
 
Лэҥкэйиҥ һоччоттон курпааскыны һиэччи, куһу буоллун, кааһы буоллун эмиэ.
Leŋkejiŋ hoččotton kurpaːskɨnɨ hi͡ečči, kuhu bu͡ollun, kaːhɨ bu͡ollun emi͡e.
Полярная сова-то уже тогда куропатками питалась, утками и гусями тоже.
 
Бу көтөрдөр һүбэһиттэрэ (гини каастартан этэ) көтөрү барытын мунньакка ыгырар.
Bu kötördör hübehittere (gini kaːstartan ete) kötörü barɨtɨn munnʼakka ɨgɨrar.
Старший из пернатых (он был из гусей) всех на сход созвал.
 
Биир алыыны, һиһи толору көтөр муһунна.
Biːr alɨːnɨ, hihi toloru kötör muhunna.
Всю мшистую низину и весь нагорный лес птицы заполнили.
 
Лэҥкэйиҥ эмиэ кэлбит.
Leŋkejiŋ emi͡e kelbit.
Полярная сова тоже пришла.
 
Һүбэһит этэр:
Hübehit eter:
Старший говорит:
 
— Дьэ, дьыл-күн уларыйда.
"Dʼe, dʼɨl-kün ularɨjda.
"Ну вот, времена переменились.
 
Биһиги һайынын агай олорор буоллубут.
Bihigi hajɨnɨn agaj oloror bu͡ollubut.
Только летом можно [здесь] жить.
 
Мин билэбин: каннык эрэ һиргэ кыһын буолбат дойдута баар.
Min bilebin, kannɨk ere hirge kɨhɨn bu͡olbat dojduta baːr.
Я знаю: в каких-то краях есть земля, где не бывает зимы.
 
Биһиги, кынаттаактар, того бу һиргэ тоҥо һытыакпытый?!
Bihigi, kɨnattaːktar, togo bu hirge toŋo hɨtɨ͡akpɨtɨj?
Зачем нам, пернатым, мерзнуть на этой земле?!
 
һиринэн бардакка ыраак.
Hirinen bardakka ɨraːk.
Пешему туда далеко.
 
Биһиги курдары ол һиргэ көтүөгүҥ кыһын кэлиитэ.
Bihigi kurdarɨ ol hirge kötü͡ögüŋ kɨhɨn keliːte.
Давайте на зиму в ту землю напрямик полетим.
 
Бу тымныыбыт ааһыар диэри ол һиргэ ологуруогуҥ.
Bu tɨmnɨːbɨt aːhɨ͡ar di͡eri ol hirge ologuru͡oguŋ.
Пока морозы здесь не кончатся, обживем ту землю.
 
Мунна олордокпутуна биһиги бары һабыллыакпыт, тоҥон өлүөкпүт.
Munna olordokputuna bihigi barɨ habɨllɨ͡akpɨt, toŋon ölü͡ökpüt.
Если здесь останемся жить, все пропадем, замерзнем.
 
Онно көттөкпүтүнэ бары киһи буолуокпут.
Onno köttökpütüne barɨ kihi bu͡olu͡okput.
Если туда полетим, все в живых останемся.
 
Дьэ һүбэгитин биэриҥ!
Dʼe hübegitin bi͡eriŋ!"
Ну, скажите, что вы думаете!"
 
Онуга көтөр барыта:
Onuga kötör barɨta:
На это все пернатые:
 
— Дьэ кирдик!
"Dʼe kirdik!
"Да, правда!
 
Биһиги бары көтүөкпүт.
Bihigi barɨ kötü͡ökpüt.
Мы все полетим.
 
Мунна өлүүһүбүт!
Munna ölüːhübüt!"
Здесь погибнем!"
 
Һүбэһит ыйытар:
Hübehit ɨjɨtar:
Старший спрашивает:
 
— Дьэ каскыт һөбүлээтэ?
"Dʼe kaskɨt höbüleːte?"
"Ну, все ли согласны?"
 
Көтөрүҥ барыта һөбүлээбит.
Kötörüŋ barɨta höbüleːbit.
Все пернатые согласны.
 
Лэҥкэй эмиэ һаҥалаак:
Leŋkej emi͡e haŋalaːk:
Полярная сова тоже слово свое сказала:
 
— Мин эмиэ барабын.
"Min emi͡e barabɨn."
"Я тоже полечу."
 
Һүбэһит ыйытар:
Hübehit ɨjɨtar:
Старший спрашивает:
 
— Кайа бу лэҥкэй эмиэ барсаары гынар.
"Kaja bu leŋkej emi͡e barsaːrɨ gɨnar.
"Вот полярная сова тоже хочет с нами.
 
Һөбүлүүгүт дуо гини барсарын?
Höbülüːgüt du͡o gini barsarɨn?"
Согласны ли, чтобы она полетела?"
 
Онуга көтөрдөрүҥ барыта:
Onuga kötördörüŋ barɨta:
На это все пернатые:
 
— Биһиги лэҥкэй барсарын һөбүлээбэппит.
"Bihigi leŋkej barsarɨn höbüleːbeppit."
"Мы не хотим, чтобы полярная сова с нами летела."
 
— Того һөбүлээбэккит?
"Togo höbüleːbekkit?
"А почему не хотите?
 
Һырайдаак-карагар һаҥарыҥ гинини.
Hɨrajdaːk-karagar haŋarɨŋ ginini."
[В глаза] скажите ей."
 
Онуга көтөр барыта диэтэ:
Onuga kötör barɨta di͡ete:
Тут все пернатые говорят:
 
— Мунна буоллагын лэҥкэй иитиллэн олорор биһиги эрэ кэргэммитинэн аһылыктанан.
"Munna bu͡ollagɨn leŋkej iːtillen oloror bihigi ere kergemmitinen ahɨlɨktanan.
"Здесь полярная сова питается нашими родами.
 
Онно бардагына да, ол миэрэтин һин кээһиэ һуога.
Onno bardagɨna da, ol mi͡eretin hin keːhi͡e hu͡oga.
И там своих замашек тоже не бросит.
 
Биһиги иппэппит!
Bihigi ippeppit!"
Мы ее с собой не возьмем!"
 
Һүбэһит диир лэҥкэйгэ:
Hübehit diːr leŋkejge:
Старший говорит полярной сове:
 
— Көр: дьон поруоктаата.
"Kör, dʼon poru͡oktaːta.
"Видишь: все против.
 
Көтөр барыта һаҥарда — ол һокуон.
Kötör barɨta haŋarda — ol hoku͡on.
Раз все пернатые сказали — это закон.
 
Бу һиргэ каалагын, багар, тоҥон өл.
Bu hirge kaːlagɨn, bagar, toŋon öl.
На этой земле оставайся, хоть замерзай.
 
Кайдак һаныыгын?
Kajdak hanɨːgɨn?"
Что скажешь?"
 
Лэҥкэй:
Leŋkej:
Полярная сова:
 
— Мөккүйбэппин.
"Mökküjbeppin.
"Не спорю.
 
Һоготок душа канна өлбөт — багар ордуом.
Hogotok duša kanna ölböt — bagar ordu͡om.
Одинокой душе где ни пропадать — может, выживу.
 
Каалабын, — диир.
Kaːlabɨn", diːr.
Остаюсь", говорит.
 
Көтөрдөр бары көтүтэлээн каалбыттар.
Kötördör barɨ kötüteleːn kaːlbɨttar.
Все пернатые поулетали.
 
Онуга лэҥкэй эмээксинигэр гэлэр:
Onuga leŋkej emeːksiniger geler:
Тут полярная сова к своей старухе приходит:
 
— Кайа-кээ, биһигини илпэттэр.
"Kaja-keː, bihigini ilpetter.
"Ну вот, не берут они нас с собой.
 
Миниэкэ эн көп мыйаан ларга һокуйда тик.
Mini͡eke en köp mɨjaːn larga hokujda tik.
Ты сшей мне из меха ларгы закрытый сокуй.
 
Пургаага да тибиллибэт, тымныыга да тоҥмот гына.
Purgaːga da tibillibet, tɨmnɨːga da toŋmot gɨna."
Такой, который пурга не продувает и мороз не пробирает."
 
Эмээксинэ: — Тигиэктибин! — диир.
Emeːksine "tigi͡ektibin" diːr.
Старуха: "Сошью!", говорит.
 
— Каары гытта биир чээлкээ буоллун ол һокуй!
"Kaːrɨ gɨtta biːr čeːlkeː bu͡ollun ol hokuj!"
"Пусть белым как снег будет тот сокуй!"
 
Эмээксинэ, уус муйаан, тикпит: каас гиэнинээгэр үрүҥ чээлкээ һокуйу.
Emeːksine, uːs mujaːn, tikpit, kaːs gi͡enineːger ürüŋ čeːlkeː hokuju.
Старуха, такая мастерица, сшила белее гуся белый сокуй.
 
Лэҥкэй буну кэппитэ — һөрү-һөп, һокуйа этигэр эрийэ каппыт, тымныыга да тоҥмот, пургаага да һыстыбат, каар да һыстыбат гиниэкэ.
Leŋkej bunu keppite — hörü höp, hokuja etiger erije kappɨt, tɨmnɨːga da toŋmot, purgaːga da hɨstɨbat, kaːr da hɨstɨbat gini͡eke.
Полярная сова его надела — впору, сокуй к телу накрепко пристал: и в мороз не холодно, и в пургу не продувает, и снег на него не налипает.
 
Лэҥкэй һоччоттон бу һиргэ дойдуламмыта.
Leŋkej hoččotton bu hirge dojdulammɨta.
Полярная сова с тех пор в этом краю обжилась.
 
Ол каалбытын өһүөмчүлээн лэҥкэй кыра көтөрү барытын дөссүө һиир буолбута.
Ol kaːlbɨtɨn öhü͡ömčüleːn leŋkej kɨra kötörü barɨtɨn dössü͡ö hiːr bu͡olbuta.
В отместку за то, что ее оставили, полярная сова мелких птиц еще пуще стала есть.
 
Ордук гинини кытта кыстыыр курпааскыны.
Orduk ginini kɨtta kɨstɨːr kurpaːskɨnɨ.
Особенно зимующую вместе с ней куропатку.
 
Элэтэ.
Elete.
Конец.
 

Вернуться к началу текста

Вернуться к списку текстов