Обретение огня

Вернуться к списку текстов

Хүньсерəəны манакү” моу маамтəбү”ө, манакү” нилу нилумтəбы”ə, нилыдиə ибаху бəйкүмүнтүө ӈанаса сəмату немыбты”ыаты нану.
Давно, когда земля только устанавливалась, когда жизнь только начиналась, жил, говорят, немолодой энец со своей женой.
Ӈуоляи” тəисүө ибаху нүөǯи, ны, манакү” кобтуамтəнда”ку, нуманаӈку.
Конечно, был у них, говорят, ребенок, девочка, только девушкой становится, молоденькая.
Тахаряби” тəті бəйка”а дүтилы”ыа исүө ибаху, ӈəтурунды”ыа каса”.
Этот старик, говорят, видел вещие сны, шаманом был немножко.
Дүтенынты маараай дүдикəбяхыəи.
Во мне всякое, говорят, видел.
Хeлыны тахаряи” əмəнітəу кунігүөǯə диндікəбяхы дямуо.
Иногда оттуда откуда-то слышал, говорят, голос.
Сылы” маараа” буокəбаху” дяǯəту.
Какие-то разные [существа] говорили с ним.
Əмлəди” басуǯа” тусүǯə” тəрəди” мааӈалə”.
Дичь, [мол,] разная придет сюда.
Тахаряа ӈуоǯу” сыты тəні”а ӈансə кундуаса дүти”ки”ə.
Однажды он спал и увидел сон.
Оу күǯү”үа, тəəсеǯə сииǯи нəӈхə.
Оу, проснулся, вид у него совсем плохой.
Немыбты”ыаǯы мунунту: «Оу, маарə куні”а мeйӈыǯə, маадяа тəні”а иӈуӈ?»
Жена спрашивает: «Оу, что с тобой, почему ты такой?»
«Тахаряа маагəльтегəтə нəӈхəмəны дүти”ки”əм.
«Я совсем плохой сон видел.
Əмəніəу няйбыǯə сылытекүө дятəнə мунунту: Тəнə хуйӈыӈ туй?
Издалека кто-то мне сказал: Ты хочешь огонь?
— Əə, маадя нинтəӈым хуу”, хутим туу.
— Да, почему не буду хотеть, хочу огонь.
— Тутемту тəǯусуǯəум!
— Я тебе дам огонь!
Хeкутыə ӈəмсу хиритəсыǯəӈ, ӈəмса”суǯəӈ хихиəй, сүрүдя матə кунсыə хeкусытə.
Горячую еду будет варить, вареной будешь есть, зимой в чуме у тебя будет тепло.
— Оу, тə маа итеӈу деньсиǯи тəті туйкүмү, тəǯутуорə.
— Оу, и какая цена будет этому огню, который ты дашь?
Тə, мунунту, тəті дямуо мунунту: Оу, мəнə туймə деньсиǯи тəəсеǯə ані”əу, ані”ə исүǯə деньсиǯи.
Ну, голос этот говорит: Оу, цена моему огню большая, большая будет цена!
Тəрəди деньди тəтубүнүнтə тутемтə тəǯусуǯəм.
Если такую цену дашь, дам тебе огонь.
Мунусуǯəм, куні”а итүө.
Я тебе скажу, какая она будет.
— Тə, курəди тəгүмүөу, мааӈуна?
— Ну, какая же она?
— Əмны тəнə ниӈы тəйбə” нүөрə, манакү” кобтуамтəтуо.
— У тебя вот есть дочь, только девушкой становится.
Тəндə тахаряа нүөрə, тəндəтə мəнə хутим нилу.
Я хочу этой твоей дочери жизнь.
— Оу, комəнсəи, куні”а итеӈум куні”а тəǯутəӈум нүөнə нилукүмү?
— Оу комэнсэй, что мне делать, как я жизнь своей дочери отдам?
— Тəнə күǯяхү” күǯяхүнүнтə əмы”ыа игəӈ.
— Ты когда завтра проснешься, так сделай.
Немыбты”ыатə дя мунугəӈ: тəнə тааніə бəнтіні ӈадүмүөнтə кунсыны ӈомтү”.
Жене скажи: ты там на улице в женской санке своей сиди.
Тахаряа каӈгəу диндіхинінтə маатекүө хeнсирə дели, тəə түхəны тиигəӈ.
А потом, когда услышишь бой бубна, тогда зайдешь.
Нербы”ыаты дя мунугəӈ: тəнə нүкү коны” əмəні мəрумəны маараа” коуньдей ӈунү”, косүө” коуньдитыні.
Дочке скажи: ты, дочка, иди на берег сушняка собери, сухих дровишек нам.
Мии”а тəтугүүте мані дя».
Принеси их сюда, в чум».
Тə, тахаряи” немыбты”ыатə дя муну”о: «Тəні”а икуори тіи.
Ну, он жене сказал: «Вы вот как сделайте.
Мəнə тахаряби”, тəнə дяӈгуйтебахуӈ маǯə кунсыны, тəнə дяӈгуйтүндəтə мəнə нүөмə хурсəбинінті хоурумуогəтəты, мəнə тахаряа нүөмə тəндə коǯутəбахумə.
Я теперь… тебя, говорят, не должно быть в чуме; пока тебя не будет, дочка вернется с дровами и я, говорят, должен ее убить.
Хиəмəу, мунунту, тə тəнə нигəтə ӈəǯү”, коныгəӈ, тамну игəӈ, кəндəтə кунсыны, ӈадүмүөнтə кунсыны ӈомтүкəӈ».
Хемоу, — говорит, — тебе не надо смотреть, ты уйдешь, там будь, в санке своей, в женской санке своей сиди.
Тə ӈуолы тəті инярбы”ыаты тəні”а мунура”иǯə, ӈоньди”ə.
Ну, конечно, старуха его, как ей сказали, вышла.
Нүөнты дя мунунту, ӈəмурса сятыди: «Нүкү, коныгəӈ хуааǯини” ӈунү”, хоуде”».
Поев, он дочке говорит: «Дочка, иди собери нам дрова, сходи за дровами».
Нүөǯы кона”а, хоудү”ө.
Дочь ушла, пошла собирать дрова.
Тə нүөǯы туу”о, коуньдей тəǯа”а ӈукəйки”ай.
Ну, дочь вернулась, дров много принесла.
Хeлитиӈ бəнтіні, хeлитиӈ серы”ə матə.
Половина на улице [осталась], половину занесла в чум.
Тəндə хуо тахаряби” дедитəты əмы”ыаряи” ниӈыǯə нербадеры”.
После этого отец ее вот так неожиданно [толкнув], повалил на спину.
Тəні”а нүөмты нербади”ə, тəгəтəты əмы”ыа дүтүраатəны сүкүǯа”аǯу, дүǯүтіні тəбтəи”əты.
Дочь повалил и голыми руками ее задушил, руками сдавил.
Тə, ӈансə мунурусүүǯə əку: «Тəні”а игəуӈ, бeригəӈ нүөрə тахаряби”, тəні”а бeрибинінтə луньдимті сəбукəӈ.
Опять [голос] ему говорит: «[Теперь] так сделай: распори [живот] дочери, когда распорешь, вытащи селезенку.
Тəндə тахаряа тəнə нүөнтə лундитəны тутерə лəӈуситіǯə».
Из селезенки твоей дочери у тебя разгорится огонь».
Хиəмəу, тə-тə, ӈуолы əхы тəні”а мыы”əты.
Хемоу — ну, конечно, он так сделал.
((Луньди)) Нүөнты луньди сəхудү”ө, тəні”а бeридиəдеəмты сотели”əǯы əку, куніəбта, сүкүǯа”аǯу əку.
У дочери селезенку вынул, разрезанный [живот] может, зашил, а может, перевязал.
Тə ӈансə мунурусүүǯə тəті тəндə хуо ((тунтə)): «Тутемтə торəǯубүнүнтə ӈəтəǯə”кəсыǯəӈ.
Опять ему говорят после этого: «Огонь когда разожжешь, начинай камлать.
Мəнə мунусуǯəм маате буоǯате».
Я скажу, что тебе надо будет говорить».
Тə-тə, нүөмты тəні”а каули”əǯы, тахаряа нүөнты луньди хуану”о ((мату мату)) туу бəбə ни.
Ну, дочь свою он так укрыл, селезенку положил на место очага.
Хуану”оту, тори ни, тəгəтə ((хуаатіні)) хуаай хуану”о.
Положил ее на железный лист, [сверху] дрова положил.
Тахаряби” əмы”ыа дялитəны тутены əмы”ыа итү.
Потом кремнем над огнем вот так [стал] делать.
Тəні”а ися тахаряби” тутеǯу ниӈыǯə лəӈу” тəндə луньдигəтə.
Когда он так сделал, огонь загорелся от этой селезенки.
Хиəмəу, кунітены исүөдеə ихүнүнтү хeньсири”амты сəхудү”ө.
Хемоу, бубен вытащил, где-то он [у него] был.
Хeньсири”амты тəндə терыǯы”ə, тəндə терыǯы”ə, терыǯы”əǯы, тəндə туу дя.
Бубен свой прогрел на этом огне.
Няагəи” тахаряа хeньсири”амты хуаритя”а.
Сильно стал бить в бубен.
Хeньсирə дели диндіси тахаряби” иня”куǯу тии”ə.
Услышав бой бубна, жена его вошла.
Тəні”а ӈəтəǯə”ки”əгəй.
Так они стали шаманить.
Такəə ӈансə сыты дяǯəту буодүөдеə хииньдя мунунту:
И опять этот, который ночью с ним говорил, сказал:
«Тəнə əмкəтə нера”а ӈə” ися коны”сыǯəӈ, əмты туле хүөті” туле лəӈы”сытə.
«Ты теперь станешь шаманом, этот твой огонь всегда будет гореть.
Тахаряа каӈкəряи”, каӈкəряи” ӈанасанə” туймухуансуǯə”, тəнə тутитүӈ мимиӈхя”, нимыӈхя” маагəльте ӈосəǯу”, кəти сатүакуй контуӈəə”, кəти маакүтей контуӈəə”.
Люди к тебе когда-нибудь будут приходить, ты огонь им давай, не жалей ничего, хоть головешки пусть забирают или что пусть забирают.
Тахаряа əмты нүөрə хуаӈкəтə, бəǯүрбүөǯу хуаӈкəтə, нүөнтə бəбə ися муӈкугəтə мeйкəӈ ны сы”.
А дочь свою похорони, труп ее похорони; а вместо дочери сделай ее фигуру из дерева.
Тахаряа ны сы” тəті мeйсиəдеəрə маагəльте луугяли икуо.
Женская фигура, которую ты сделаешь, должна быть совсем без одежды.
Ӈойбуорааǯу мася”тəӈəə, маараай серыбтыгəӈ, куубыны иӈəə, маа, тəрəдиǯитү.
Только голова должна быть украшена, что-нибудь [на нее] надень — бисер или что-нибудь такое.
Тахаряби” тəтірə нимті исүǯə ((…)) Туй.
Имя ее будет Огонь.
Тəндə тахаряби” койкəтə, мeйсиəдеəтə, хуаагəтə мeйсиəдеəтə, тəтірə койкəрə исүǯə, туу кəнтə ны исүǯə, кəнтəǯəмту мeйкəӈ.
Для этого идола, которого ты сделал, — это твой идол будет, это будет женщина санки [духа] огня — санку ей сделай.
Тəндə кəндə ни тахаряби” серугəтə, койкəтə кəнтəǯə мeйкəӈ, тиридеи”тəндіаку».
На эту санку ее уложи, для идола санку сделай, такую вот с перекладинкой».
Мм, тə ӈуолы əхы тəні”а ӈəтəǯəсы сятыди, нүөмті хуану”огəй, нүөмті хуанса тахаряи” муӈкуǯəмту лəты”ə.
Ну, конечно, закончив шаманить, они дочку похоронили; дочь похоронив, он приготовил деревяшку.
Муӈкуǯəмту лəтыди тахаряа ны сыǯə мыы”ə, ку” нуманаӈку ӈануо кобтуа”кү.
Приготовив деревяшку, сделал женскую фигуру, совсем молоденькую девушку.
Тəрəдя”ку мыы”ə.
Такую вот сделал.
Иня”куǯу тəндə куубыны мааӈалəй хуану”о тəндə нүөнты, нүөнты сыǯə ӈойбуотə.
Жена его бисер или что приделала на голову фигурки их дочери.
Тəндəмты тахаряи” сеті”əгəй, бəйка”ату мeйсиəдеə кəндə куньди.
Потом они ее уложили в санку, которую сделал муж.
Тəті ибаху тахаряби” туу кəнтə.
Это, говорят, и есть санка [духа] огня.
Тə мунура”иǯə: «Əмтырə куодүмурааті” митəрытыə.
Ему было сказано: «Ее передают только мужчинам.
Тəнə маагүө ((нүөти)) нүөти дяӈгу” тыминя, ӈуоляа нүөрə исүө, куодүму нүөрə дяӈку.
У тебя сейчас никаких детей нет, только один ребенок у тебя был, сына у тебя нет.
Маагүөу хeлыəтə тəихү” тəндə хeлыəтəтə микəтə, куо”кəндəкəбүтə.
Если есть у тебя какой-нибудь родственник, этому родственнику отдашь ее перед смертью.
Тахаряа тəтірə мимиӈхяӈəəǯы нүөнтəты.
А он своему сыну будет отдавать.
Тəні”а хүөті” əмтырə куодүмурааті” түүнарсүǯə əмты кəнтə, нимті исүǯə туу кəнтə.
Так будет всегда только к мужчинам переходить эта санка, имя ее будет санка духа огня.
Бəлта.
Все.